Почему нас так притягивает сахар?

Мозг, которому нужен сахар для работы

Мозг человека — орган, требующий исключительно больших энергетических затрат. Несмотря на то что он составляет лишь около 2 % массы тела, он потребляет огромную долю глюкозы, которую использует организм: взрослый человек тратит примерно от 100 до 120 граммов глюкозы в день исключительно на работу мозга. Именно этот факт является ключом к пониманию всей этой эволюционной истории.

Эксперимент длиной в четыре миллиона лет

Исследователи из университетов Сиднея и Глазго под руководством профессора нутрициологии Дженни Брэнд-Миллер опубликовали в журнале Science (2026) работу, моделирующую потребности гоминин в глюкозе на протяжении примерно четырёх миллионов лет. Они реконструировали рацион наших предков, сочетая анализ изотопов углерода и азота в ископаемых костях с соотношением между размером мозга, размером тела и типом питания.

Их отправная точка весьма показательна: мозг наших предков вырос примерно с 300 граммов у Homo habilis примерно до 1 500 граммов у современного человека. Этот впечатляющий рост требовал топлива, и таким топливом в значительной мере стала глюкоза.

В начале — преимущественно растительная диета

В качестве первой ступени авторы рассматривают шимпанзе — наших ближайших родственников, которые в одной и той же среде выбирают те же фрукты, что и мы. В их очень разнообразном рационе (молодые листья, цветы, насекомые, мёд, орехи, яйца и даже немного мяса, поскольку они тоже охотятся) большая часть энергии — около 76 % — поступает из углеводов.

Около четырёх миллионов лет назад наши первые предки питались примерно так же: по оценкам, лишь около 5 % энергии поступало из мяса, а 95 % — из растительной пищи. С появлением рода Homo мозг увеличился, продукты животного происхождения заняли более весомое место в рационе, а вместе с ними возросли и технические возможности: извлечение костного мозга, раскалывание твёрдых плодов, дробление семян и, позднее, овладение огнём.

Неандертальцы потребляли больше углеводов, чем мы

Один из наиболее удивительных результатов исследования состоит в том, что неандертальцы, денисовцы и сапиенсы могли потреблять углеводы в пропорции, превышающей показатели многих современных промышленно развитых стран. Иными словами, романтическое представление о прошлом «без сахара» не согласуется с тем, что предполагают эти модели. Сладкое — в виде спелых фруктов и мёда — присутствовало в нашем рационе с самого начала.

Почему женщины и дети нуждаются в ещё большем количестве

Развивающийся мозг особенно требователен. Если взрослый человек расходует около 100–120 граммов глюкозы в день на работу мозга, то беременная или кормящая женщина может нуждаться примерно в 230 граммах, а ребёнок пяти лет — от 150 до 200. В детском возрасте мозг способен потреблять до двух третей основного обмена веществ. Поэтому неудивительно, что любовь к сладкому так глубоко укоренена в нас: на протяжении почти всей нашей истории нахождение природного сахара давало преимущество для выживания.

Откуда брался этот сахар

Здесь есть один принципиальный нюанс. Сахар наших предков поступал не из газировки и не из печенья. Он приходил из спелых фруктов, из мёда — лакомства, которое охотники-собиратели буквально разыскивали, — а позднее из клубней, корений и семян, крахмал которых становился по-настоящему доступным благодаря термической обработке. Это были продукты, которые несли с собой клетчатку, воду, витамины и минералы и к тому же требовали усилий для добычи.

Почему это НЕ оправдывает сахар сегодняшнего дня

И вот мы подходим к тому, что для меня, как для врача, важнее всего. То, что тяга к сладкому имеет столь глубокие эволюционные корни, объясняет, почему нам так трудно ей противостоять, — но это не делает её безвредной. Более того, сами авторы признают существенное ограничение своей работы: модель не учитывает тот этап, в котором мы живём сейчас, — эпоху избытка добавленных сахаров, с которыми наш организм никогда не сталкивался в природе.

Проблема не во фруктах. Проблема в том, что мы отделили сладкое от его естественной «упаковки». Сегодня мы получаем сахар быстро, дёшево и без клетчатки, которая сдерживала бы его усвоение: сладкие напитки, ультрапереработанные продукты и изделия, которые даже не кажутся нам сладкими. Избыток свободного сахара связан с ожирением, инсулинорезистентностью, сахарным диабетом 2 типа и жировой болезнью печени. Наша биология создана для того, чтобы искать сахар, но не для того, чтобы справляться с тем его количеством, которое сегодня доступно нам буквально на каждом углу.

Что я хочу, чтобы вы запомнили

То, что нам нравится сахар, — не слабость воли: это наследие миллионов лет, в течение которых природный сахар помогал строить наш мозг. Понимание этого должно снять с нас чувство вины, но вместе с тем дать нам ориентир. Всемирная организация здравоохранения рекомендует удерживать долю свободного сахара ниже 10 % от общей калорийности рациона, а в идеале — ниже 5 %.

На практике: ешьте фрукты целиком, а не в виде сока; оставьте добавленный сахар для особых случаев; с осторожностью относитесь к сладким напиткам и научитесь читать этикетки. Речь идёт не о том, чтобы бояться сахара, а о том, чтобы вернуть его на подобающее место. Я — доктор Флориан Вальесильо, и меня искренне восхищает тот факт, что та самая молекула, которая помогла нам стать людьми, сегодня является одним из наших главных метаболических вызовов.